Когнитивные расстройства: бихевиоральная терапия и причины заболевания

Когнитивно-бихевиоральная (когнитивно-поведенческая) терапия — это вид психотерапии, который считается одним из самых эффективных при депрессии и биполярном расстройстве.

Он направлен на изменение образа мышления, чтобы изменить настроение и поведение.

Базируется на идее, что негативные действия или чувства — результат нынешних искаженных наблюдений и мыслей, а не бессознательных проблем из прошлого.

Когнитивные расстройства: бихевиоральная терапия, причины

КБТ — смесь когнитивного и бихевиористского подходов. Когнитивная терапия фокусируется на вашем настроении и мыслях. Бихевиоральная терапия — на действиях и поведении.

Вместе с терапевтом вы работаете над тем, чтобы выделить конкретные модели негативных мыслей и поведенческих реакций на сложные и стрессовые ситуации.
Лечение включает в себя разработку более сбалансированных и конструктивных способов реагирования на стресс.

В идеале эти новые способы должны минимизировать или устранить тревожное поведение.

Как КБТ работает

КБТ — более краткосрочная терапия, чем психоаналитическая и психодинамическая. Другие типы терапии могут потребовать нескольких лет для раскрытия пациента и его лечения.

КБТ часто предполагает лишь 10-20 сеансов.
Сессии помогают выявить текущие жизненные ситуации, которые могут быть причиной или триггером депрессии.

Вы и ваш терапевт ищете паттерны или модели мышления, которые ведут к депрессии.

Вас могут попросить вести в рамках терапии дневник. Это предполагает, что вы записываете какие-либо события и ваши реакции на них. Терапевт может помочь вам сломать негативные паттерны и реакции, к примеру:

  • мышление в духе «всё или ничего»: видение мира в черно-белых тонах
  • отвержение позитивного опыта, настаивание на том, что он «не считается» по каким-либо причинам
  • автоматические негативные реакции: привычная самокритика
  • увеличение или сведение к минимуму значения события:
  • сверхобобщение: делать широкие выводы из одного события
  • персонализация: принимать вещи слишком близко к сердцу или чувствовать действия окружающих так, словно они направлены на тебя
  • ментальный фильтр: выбор одной негативной детали и фиксация на ней таким образом, что реальность затемняется

Вы и ваш врач можете использовать дневник настроения, чтобы помочь заместить негативные паттерны поведения или восприятия более конструктивными. Это может быть осуществлено с помощью ряда методов, таких как:

  • Какие болезни лечат с помощью КБТ?
  • Когнтивно-бихевиоральная терапия широко используется для лечения различных заболеваний и состояний у детей, подростков и взрослых. Эти заболевания и состояния включают в себя:
  • антисоциальное поведение (включая вранье, воровство, причинение вреда животным и людям)
  • тревожные расстройства
  • синдром дефицита внимания и гиперактивности
  • биполярное расстройство
  • расстройства поведения
  • депрессия
  • пищевые расстройства (переедание, анорексия, булимия)
  • стресс
  • расстройства личности
  • фобии
  • шизофрения
  • сексуальные расстройства
  • расстройства сна
  • проблемы с социальными навыками
  • злоупотребление алкоголем или наркотиками
  • КБТ можно комбинировать с другими способами лечения депрессии.

Есть ли какие-либо риски?

Существует небольшой долгосрочный эмоциональный риск, связанный с КБТ. Обращение к болезненным чувствам и опыту всегда приносит стресс! Лечение может воспроизвести ситуации, которых вы раньше избегали.

Например, вас могут попросить проводить больше времени в общественных местах, если вы боитесь людей. Может быть, вам придется противостоять смерти близкого человека, которая вызывала у вас депрессию.
Эти тренинги дают возможность использовать приобретенные навыки в стрессовых ситуациях.

Цель терапии — научить вас, как справляться с тревогой и страхом безопасным и конструктивным способом.

Что говорят эксперты?

«Существует огромное количество доказательств действенности когнитивно-бихевиоральной терапии при решении конкретных проблем», — рассказал нам Саймон Рего, психотерапевт медицинского центра Монтефиор в Нью-Йорке, — «Для других видов терапии доказательств не так много».
Это не значит, что другие виды терапии неэффективны. «Они сложнее в изучении», — утверждает Рего, — «Большинство исследований проводилось на базе КБТ».

Источник: https://www.bipolar.su/perevody-i-stati/psihoterapiya/chto-takoe-kognitivno-bihevioralnaya-terapiya/

Кому и чем поможет когнитивная терапия?

Когнитивные расстройства: бихевиоральная терапия, причиныТревожные состояния и депрессия, расстройства пищевого поведения и фобии, проблемы в паре и в общении – перечень вопросов, на которые берется ответить когнитивно-поведенческая терапия, продолжает год от года расти. Значит ли это, что психология нашла универсальный «ключ от всех дверей», лекарство от всех болезней? Или достоинства этого вида терапии несколько преувеличены? Попробуем разобраться.

Вначале был бихевиоризм. Так называется наука о поведении (отсюда второе название когнитивно-поведенческой терапии – когнитивно-бихевиоральная, или сокращенно КБТ). Первым знамя бихевиоризма поднял американский психолог Джон Уотсон (John Watson) в начале ХХ века. Его теория была ответом на европейское увлечение фрейдовским психоанализом.

Зарождение психоанализа совпало с периодом пессимизма, декадентских настроений и ожиданий конца света. Что отразилось и в учении Фрейда, утверждавшего, что источник главных наших проблем находится за пределами разума – в бессознательном, а потому совладать с ними чрезвычайно сложно.

Американский же подход, напротив, предполагал некоторую упрощенность, здоровый практицизм и оптимизм. Джон Уотсон считал, что сосредоточиться нужно на поведении человека, на том, как мы реагируем на внешние раздражители. И – работать над улучшением этих самых реакций. Впрочем, такой подход пользовался успехом не только в Америке.

Одним из отцов бихевиоризма считается русский физиолог Иван Петрович Павлов, получивший за свои исследования Нобелевскую премию и изучавший рефлексы вплоть до 1936 года.

Между внешним раздражителем и реакцией на него находится весьма важная инстанция – собственно, сам человек, который реагирует. Точнее – его сознание

Вскоре стало понятно, что в своем стремлении к простоте бихевиоризм вместе с водой выплеснул и ребенка – по сути, низведя человека до совокупности реакций и вынеся за скобки психику как таковую. И научная мысль двинулась в обратном направлении.

В 1950–1960 годы психологи Альберт Эллис (Albert Ellis) и Аарон Бек (Aaron Beck) «вернули психику на место», справедливо указав, что между внешним раздражителем и реакцией на него находится весьма важная инстанция – собственно, сам человек, который реагирует. Точнее – его сознание.

Если психоанализ помещает истоки главных проблем в недоступное нам бессознательное, то Бек и Эллис предположили, что речь идет о неверных «когнициях» – ошибках именно сознания. Найти которые пусть и нелегко, но существенно проще, чем проникнуть в темные глубины бессознательного.

Работы Аарона Бека и Альберта Эллиса считаются сегодня фундаментом когнитивно-поведенческой терапии.

Ошибки сознания могут быть разными. Один из простых примеров – склонность рассматривать любые события как имеющие отношение лично к вам. Допустим, начальник сегодня был хмур и поздоровался с вами сквозь зубы.

«Он ненавидит меня и наверняка вот-вот уволит» – довольно типичная в этом случае реакция. Но совершенно не обязательно верная. Мы не принимаем во внимание обстоятельства, о которых просто не знаем.

А что, если у начальника болеет ребенок? Если он поссорился с женой? Или сам только что подвергся критике на встрече с акционерами? Впрочем, нельзя, конечно, исключать и того, что начальник и правда что-то имеет против вас.

Но и в этом случае повторять «Какой ужас, все пропало» – тоже ошибка сознания. Гораздо продуктивнее задаться вопросом, можете ли вы что-то изменить в ситуации и какими преимуществами может обернуться расставание с нынешней работой.

Одна из ошибок сознания – склонность воспринимать все события как имеющие отношение к нам лично

Этот пример наглядно иллюстрирует «сферу действия» КБТ, которая не стремится понять мистерию, творившуюся за дверью спальни наших родителей, а помогает разобраться в конкретной ситуации.

И этот подход оказался весьма эффективен: «Такой научной доказательной базой не располагает ни один вид психотерапии», – подчеркивает психотерапевт Яков Кочетков. Он имеет в виду исследование психолога Стефана Хофманна (Stefan G.

Hofmann), подтверждающее эффективность методов КБТ1: масштабный анализ 269 статей, каждая из которых, в свою очередь, содержит обзор сотен публикаций.

«Когнитивно-бихевиоральная психотерапия и психоанализ традиционно считаются двумя основными направлениями современной психотерапии.

Так, в Германии, чтобы получить государственный сертификат специалиста-психотерапевта с правом оплаты через страховые кассы, нужно обязательно иметь базовую подготовку по одному из них.

Гештальт-терапия, психодрама, системная семейная психотерапия, несмотря на свою популярность, пока признаются лишь как виды дополнительной специализации», – отмечают психологи Алла Холмогорова и Наталья Гаранян2.

Практически во всех развитых странах для страховщиков психотерапевтическая помощь и когнитивно-поведенческая психотерапия – почти синонимы. Для страховых компаний главные аргументы – научно доказанная эффективность, широкий спектр применения и сравнительно небольшая продолжительность терапии.

С последним обстоятельством связана забавная история. Аарон Бек рассказывал, что, начав практиковать КБТ, едва не разорился. Традиционно психотерапия длилась долго, однако уже через несколько сеансов многие клиенты заявляли Аарону Беку, что их проблемы успешно решены, а потому они не видят смысла в дальнейшей работе. Заработки психотерапевта резко уменьшились.

Вас считают одним из пионеров когнитивно-поведенческой терапии. Какой путь она прошла?

Думаю, что мы смогли многое улучшить. Мы усовершенствовали систему измерения эффективности терапии, сумели понять, какие компоненты важны в первую очередь. Удалось расширить сферу применения КБТ – ведь она изначально рассматривалась лишь как метод работы с депрессией.

Власти и страховые компании эта терапия привлекает экономически – относительно короткий курс приносит ощутимый эффект. А в чем плюсы для клиентов?

Ровно в том же самом! Она быстро дает положительный результат, позволяя не тратить деньги на походы к терапевту на протяжении многих лет. Представьте, 5–6 сессий во многих случаях достаточно для ощутимого эффекта. Более того, часто самые значительные изменения происходят именно в начале терапевтической работы.

Это касается, например, депрессии, в некоторых случаях – тревожных расстройств. Это не значит, что работа уже сделана, но пациент начинает испытывать облегчение в очень короткий срок, а это чрезвычайно важно. Вообще же КБТ – очень сфокусированная терапия.

Она не ставит задачи улучшения состояния вообще, она работает с конкретными проблемами конкретного клиента, будь то стресс, депрессия или что-то еще.

Как выбрать терапевта, работающего методом КБТ?

Найти того, кто прошел сертифицированную международно-признанную программу обучения. Причем такую, где предусмотрена супервизия: работа терапевта с опытным коллегой. Вы не можете стать психотерапевтом, просто прочитав книжку и решив, что вы готовы.

Наши исследования показывают: терапевты, проходящие супервизию, работают намного успешнее. Российские коллеги, начинавшие практиковать КБТ, должны были регулярно ездить на Запад, ведь в России пройти супервизию они не могли.

Но теперь лучшие из них сами готовы стать супервизорами и помогать распространению нашего метода.

Продолжительность курса КБТ может быть различной.

«Она используется как в краткосрочном варианте (15–20 сеансов при лечении тревожных расстройств), так и в долгосрочном (1–2 года в случае личностных расстройств)», – указывают Алла Холмогорова и Наталья Гаранян. Но в среднем это значительно меньше, чем, например, курс классического психоанализа. Что может восприниматься не только как плюс, но и как минус.

КБТ часто упрекают в поверхностной работе, уподобляя таблетке болеутоляющего, которая снимает симптомы, никак не воздействуя на причины недуга. «Современная когнитивная терапия начинает с работы с симптомами, – объясняет Яков Кочетков.

– Но большую роль играет и работа с глубинными убеждениями. Просто мы не считаем, что с ними нужно работать много лет. Обычный курс – 15–20 встреч, а не две недели. И примерно половина курса – работа с симптомами, а половина – с причинами.

Читайте также:  Симптомы и признаки сахарного диабета у женщин после 50 лет

К тому же работа с симптомами влияет и на глубинные убеждения».

Метод экспозиции заключается в контролируемом воздействии на клиента тех самых факторов, которые служат источником проблем

Эта работа, кстати, включает в себя не только беседы с терапевтом, но и метод экспозиции. Он заключается в контролируемом воздействии на клиента тех самых факторов, которые служат источником проблем.

Например, если человек испытывает страх высоты, то в ходе курса терапии ему не раз придется подняться на балкон высотного здания.

Сначала – вместе с терапевтом, а потом и самостоятельно, и каждый раз на более высокий этаж.

Другой миф проистекает, видимо, из самого названия терапии: коль скоро она работает с сознанием, то терапевт – это рассудочный тренер, который не проявляет эмпатии и не способен разобраться в том, что касается личных отношений. Это неверно. Когнитивная терапия пар, например, в Германии признана настолько эффективной, что имеет статус государственной программы.

Когнитивные расстройства: бихевиоральная терапия, причиныВ терапии фобий применяют экспозицию к высоте: в реальности или с помощью компьютерной симуляции ФОТО Getty Images

«КБТ не универсальна, она не вытесняет и не заменяет другие методы психотерапии, – говорит Яков Кочетков. – Скорее, она успешно использует находки других методов, каждый раз проверяя их эффективность с помощью научных исследований».

КБТ – это не одна, а множество терапий. И практически для каждого из расстройств сегодня есть свои методы КБТ. Например, для расстройств личности был изобретен метод схемотерапии.

«Сейчас КБТ успешно применяется в случае психозов и биполярных расстройств, – продолжает Яков Кочетков. – Есть идеи, позаимствованные из психодинамической терапии.

Источник: http://www.psychologies.ru/psychotherapy/methods/komu-i-chem-pomojet-kognitivnaya-terapiya/

Усиленная когнитивно-бихевиоральная терапия: польза при РПП

Когнитивные расстройства: бихевиоральная терапия, причины

В новые протоколы входит блок индивидуальной терапии по программе, которую придумал известный британский психотерапевт, специалист по расстройствам пищевого поведения, Кристофер Ферберн, и назвал этот вариант психотерапии «Усиленная когнитивно-бихевиоральная терапия» или КБТ-У.
КБТ-У направлена на нормализацию пищевого питания, чтобы человек в результате мог не испытывать страх перед продуктами, не испытывать чувство вины, перестать зацикливаться на собственном весе.

Сегодня продолжим разговор, который начала Светлана Бронникова на прошлой неделе. Он касается изменений и нововведений, которые ждут клиентов нашего Центра при обращении за помощью.

Мне выпала честь рассказать об одном из самых известных вследствие эффективности протоколов лечения РПП (расстройств пищевого поведения) — усиленная когнитивно-поведенческая терапия.

Этот лечебный протокол разработан специально для людей с различного рода расстройствами пищевого поведения.

По оценкам исследований около двух третей всех людей, которые проходили такое лечение, демонстрирует значительное улучшение показателей своего здоровья и снижение симптоматики расстройств пищевого поведения.

При этом программа подходит для людей с различными проявлениями расстройств пищевого поведения. Это то, что в профессиональных кругах называется трансдиагностическим подходом.

Автор КБТ-У Кристофер Ферберн первым начал говорить о том, что все расстройства пищевого поведения в своей основе имеют одинаковые механизмы. Т.е.

, по сути, нет никакой разницы между нервной анорексией и приступообразным поведением в том плане, что у них есть одни и те же запускающие механизмы, просто они по-разному проявляются и имеют определенные некоторые различия. Он выделяет те признаки, которые характерны для всех расстройств пищевого поведения.

Самый яркий и центральный из них — это сверхценность формы и веса тела и контроль за весом и питанием.

Для людей с расстройствами пищевого поведения их внешность имеет такое повышенное значение, что все остальные сферы жизни и все значимые успехи, которые есть у этого человека, игнорируются.

Человек фиксируется только на том, сколько он весит, как он выглядит, как он питается, соблюдает ли он свои диетические установки.

Все люди с расстройствами пищевого поведения склонны к тому, чтобы основывать свое питание на негибких диетических правилах.

Вплоть до того, что бывают такие случаи, когда человек не питается в соответствии с какой-то диетой, но при этом он считает, что именно такое питание было бы правильным, а поэтому чувствует постоянную вину за то, что он питается не так, как утверждает какой-то из великих диетических деятелей. Многие клиенты с расстройствами пищевого поведения переедают, причем это могут быть такие переедания, которые мы как специалисты расцениваем как объективные переедания. Человек съедает действительно большие объемы пищи, не характерные для него, для людей его пола, возраста и формы активности. Либо могут быть субъективные переедания, когда человек нарушает свои пищевые правила.

Все приступы переедания ведут к усилению чувства собственной никчемности, появлению чувства вины. Один из характерных признаков, который Кристофер Ферберн выделяет в отношении расстройств пищевого поведения, — люди питаются в соответствии с эмоциональными состояниями, в ответ на них.

Как должно выглядеть питание – мы едим, когда голодны, прекращаем, когда сыты. Люди с расстройствами пищевого поведения часто используют еду в качестве эмоциональной регуляции. Именно на эти компоненты расстройств пищевого поведения и направлена усиленная когнитивно-бихевиоральная терапия.

В рамках КБТ-У мы будем работать над вашими мыслительными установками, над тем, как вы думаете про еду.

Хорошо видно отличие людей с расстройствами пищевого поведения от тех, у кого их нет, на примере отношения к собственному телу. В целом, недовольство своим телом – очень распространенное свойство. Не так много людей, которые абсолютно довольны или хотя бы достаточно довольны собственным телом.

Но это не является проблемой, просто это данность, с которой они имеют дело.

При расстройствах пищевого поведения форма тела имеет определяющее значение, все остальное отодвигается на второй, третий и дальнейшие планы, все успехи, все достижения оцениваются через призму того, насколько человек может приблизиться к своим часто нереалистичным стандартам красоты.

Это ловушка, когда мы не можем контролировать размер, длину наших ног, это та битва, победить в которой невозможно. Это является одним из факторов, который идентифицирует расстройства пищевого поведения, потому что человек непосредственно все время сталкивается с тем, что у него не получается то, что, как он считает, может контролировать.

В рамках КБТ-У (на английском это звучит как CBT-E – enhanced), мы будем работать преимущественно с тем, что происходит здесь и сейчас, с тем, что вы делаете, с тем, как вы думаете, с поведением, которое поддерживает расстройство пищевого поведения. Мы будем работать над тем, что кормит вашего демона РПП. При этом какое-то время мы посвятим тому, чтобы проанализировать вашу определенную личную историю. Она не определяет все, но дает достаточно четкое понимание, большее сострадание к себе.

Сама работа будет организована следующим образом. Усиленная когнитивно-бихевиоральная терапия проводится в индивидуальном формате. То есть вы один на один со своим терапевтом.

Причем, это очень интересный формат в том плане, что вы будете плечом к плечу со своим терапевтом бороться с расстройством пищевого поведения, вы будете одной командой, которая противостоит этому достаточно неуступчивому врагу.

Эта программа занимает 20 встреч, при условии, что ваш индекс массы тела (ИМТ) больше 17,5. Если же он ниже, имеется значительный дефицит массы тела, то программа удлиняется в 2 раза.

В этом есть очень большой смысл, потому что при нервной анорексии недостаточно набрать вес, самое главное – удержать его и не позволять расстройству пищевого поведения менять ваше поведение так, чтобы вес опять начал снижаться.

Усиленная когнитивно-бихевиоральная терапия — это структурированная работа, в которой четко прописаны этапы, есть начало и конец, есть четкая последовательность шагов, которую мы с вами будем обсуждать, которую вы будете знать и будете знать, как с этим обходиться. Есть возможность измерить эффективность этой программы. Мы запланировали каждые три месяца дополнительные исследования для того, чтобы отслеживать динамику состояния.

Вместе с терапевтом вы будете договариваться о том, чтобы выполнять определенные задания между встречами. Это совершенно стандартная и очень эффективная техника, которая используется во всех когнитивно-бихевиоральных подходах, в той же ДБТ есть карта дня, которую вы заполняете. Здесь будет своя форма карты дня, форма отчета.

Это очень важная часть работы. Есть исследования о том, что клиенты, которые активно участвуют в выполнении межсессионных заданий (то, что мы называем домашние задания), демонстрируют лучшие результаты, их лечение более эффективно за счет того, что они занимаются между сессиями.

И это очень логично, потому что проходит достаточно большое время, прежде чем человек с расстройством пищевого поведения обращается за помощью, иногда это целые десятилетия. Невозможно только за 20 часов, которые вы встречаетесь непосредственно с терапевтом, решить проблему, нужно работать всю неделю.

Как говорит сам Кристофер Ферберн, КБТ-У потребует от вас много сил и работы, но и даст соответствующий результат.

КБТ-У — это то, что нужно нам и нашим клиентам для того, чтобы достигать тех стабильных результатов, которых мы хотим.

У нас есть программы, которые позволяют эффективно решать проблемы непосредственно с питанием, люди перестают ограничивать себя, переедать, осваивают навыки, как грамотно и эффективно регулировать свое эмоциональное состояние, но при этом люди продолжают по-прежнему думать про еду и про собственное тело так, как заставляет их думать расстройство пищевого поведения. Именно поэтому когнитивно-бихевиоральная терапия – это важный начальный этап работы с РПП. С каким бы вы ни пришли к нам диагнозом, в большинстве случаев вы встретитесь с усиленной когнитивно-бихевиоральной терапией.

Прелесть этого подхода заключается еще и в том, что он очень хорошо сочетается с теми модулями, которые мы применяли раньше, которые мы будем применять в этом году и дальше, хорошо сочетается с программой «Долой диеты!», с программами регуляции собственных эмоций или повышения психологической гибкости, о которых будет в следующий раз рассказывать Светлана. Или с программой, которая повышает удовлетворенность собственным телом, помогает его принять, с терапией, которая сфокусирована на принятии и самосострадании.

Я с большим энтузиазмом смотрю на то, как организовано наше лечение. Думаю, это действительно то, что будет эффективно и полезно для абсолютного большинства наших клиентов, потому что с мысли «с моим телом что-то не так, оно недостаточно хорошее, красивое, худое» начинаются абсолютно все расстройства пищевого поведения.

Перейдем к вопросам, которые вы нам направили за прошлую неделю.

Пытаюсь вернуться к истокам интуитивного питания во второй раз. Светлана пишет, что нужно забыть обо всех диетах, кроме назначенных врачом.

А что же делать тем, кто после полугодичного соблюдения диеты для кишечника опять начал возвращаться к компульсивным перееданиям и расстройству образа тела? После каждого нарушения ухудшения в работе кишечника и вроде понимаю, что диета нужна, но сил больше нет совсем. Поможет ли мне терапия?

Читайте также:  Настойка зверобоя: инструкция по применению, приготовление на самогоне

У меня нет сомнений, что терапия будет вам полезна в данном случае. Потому что на самом деле нужно проконсультироваться у специалиста, которому вы очень доверяете. Лечебная диета – это временная мера, которую применяют в терапии каких-то расстройств желудочно-кишечного тракта, это не то, чему вы должны следовать постоянно.

Если же вы в данный момент имеете то, что должны соблюдать ограничения, то вы пытаетесь интуитивно питаться в рамках того, что у вас есть. Это, конечно, задача не из простых, именно поэтому я думаю, вам будет полезна помощь.

Во-вторых, у меня остается вопрос к тому, что есть неудовлетворенность собственным телом, и вы считаете, что она запускает переедание, и вы правы. С этим тоже нужно работать, потому что, возможно, у вас есть снижение веса на этой невкусной лечебной диете, вы радуетесь, стараетесь, вес снижается, но потом вы будете переедать.

Потому что ограничения достаточно мучительны для физиологии и психологии человека. Это непростая ситуация, в которой вы находитесь, думаю, помощь была бы актуальна.

Как вы относитесь к запиванию во время и после еды? Что по этому поводу вообще сейчас говорит диетология?

Чтобы вы правильно понимали, все сотрудники центра IntuEat психологи и психотерапевты. Мы не диетологи. Мы работаем с методом Интуитивного питания, с расстройствами пищевого поведения, поэтому не могу вам сказать, что говорит про это диетология.

Что говорит Интуитивное питание: расстройства пищевого поведения задают некие правила, что нужно выпить воду тогда-то, до или после еды, отслеживать, насколько усиленно идет мочеиспускание. Это специальные и жесткие правила, которые не имею никакого отношения к здоровому пищевому поведению.

Единственное, чем вы можете руководствоваться, как вам пить, это собственные ощущения. Если вы испытываете жажду — вы пьете. Как только вы напились, вы отставляете воду и не думаете обсессивно о том, что вам нужно выпить 2,5 литра воды в день.

Вы ориентируетесь на собственные ощущения: насколько питье вам нужно прямо сейчас во время приема пищи, насколько нужно после. Например, я после супа чай пить не буду, хотя большой любитель этого напитка, зато бутерброд без чая я съесть не могу. Эти правила подходят лично для меня, но могут не подходить для вас.

В этом вопросе нужно доверие к своему телу. Есть определенные анатомические особенности нашего желудка, которые никоим образом не препятствуют тому, чтобы есть и пить одновременно. У желудка есть две стороны, одна более изогнутая, другая более пологая.

Вы можете поесть, запить, еда по пологой стороне продвинется в направлении кишечника. Может быть, неплохо прочитать книжку, например, «Очаровательный кишечник», которая хорошо и увлекательно описывает физиологию. Рекомендую, чтобы различать ваши страхи совмещать еду и питье.

Источник: https://intueat.ru/journal/usilennaya-kognitivno-bihevioral-naya-terapiya-pol-za-pri-rpp/

Когнитивный невроз

Невроз, или невротическое расстройство, — это состояние, возникающее по причине длительного нахождения в состоянии нервного перенапряжения или стрессовой ситуации.

Обычно люди, страдающие неврозами, сами могут диагностировать у себя данный недуг. Они осознают, что их психическое состояние отличается от нормального, и часто сами хотят от этого избавиться.

При диагностировании невроза важно вовремя заметить первые проявления невроза, иначе он может перерасти в более тяжелые заболевания и серьезные расстройства, лечение которых может быть более трудным и длительным.

Существует ряд симптомов, которые помогут диагностировать невроз самостоятельно. К ним относятся:

  • повышенная утомляемость;
  • частые перемены настроения;
  • чувство тревожности без видимых причин;
  • появление фобий и панических атак;
  • ухудшение памяти;
  • расстройство аппетита (переедание или полное отсутствие аппетита).

Диагностика и лечение неврозов

Очень важно вовремя заметить признаки невроза, иначе при отсутствии должного лечения они могут перейти в такие серьезные заболевания, как депрессия, психоз и т.д.

Когнитивные расстройства: бихевиоральная терапия, причины

При диагностировании невроза очень важно рассматривать каждый симптом в отдельности, так как большинство из них являются симптомами других, иногда более тяжелых заболеваний. Единственной важной отличительной чертой невроза является сохранение чувства реальности.

Лечение неврозов может проводиться при помощи медикаментозных средств (назначение успокоительных, снотворных, транквилизаторов), физиотерапии (светотерапия, ароматерапия), общеукрепляющих действий (лечебная физкультура, массаж, соблюдение режима питания), а также психотерапии.

Когнитивно-поведенческая терапия как метод лечения неврозов

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), или когнитивно-бихевиоральная терапия (КБТ) – это один из методов лечения неврозов, появившийся в 50-60х годах двадцатого века. Основоположниками когнитивно-поведенческой терапии являются А. Бэк, А. Эллис и Д. Келли. Этот метод применяется психотерапевтами для активного поиска причины появления проблемы.

КПТ проводится в форме активного собеседования, психотерапевт и пациент сидят друг напротив друга. Врач задает наводящие вопросы, на которые пациент должен отвечать не задумываясь. Таким образом можно выявить неосознанные причины невроза и, соответственно, методы их лечения.

Суть данной процедуры заключается в том, что наше поведение является совокупностью реакций на определенные действия. Как было доказано И.П. Павловым, наш мозг работает рефлекторно. Поэтому наше поведение – это результат совокупности условных рефлексов и навыков, сформированных в течение нашей жизни.

Все происходящее вокруг нас синтезируется нашим мышлением. Если события негативные, то это начинает провоцировать невроз. Не раз замечено, что люди, придерживающиеся оптимистичных взглядов на жизнь, практически не страдают от неврозов, ведь в каждой неприятной ситуации они находят что-то хорошее.

Главной задачей когнитивно-поведенческой терапии является формирование оптимистичных взглядов на жизнь. Но следует помнить, что каким профессионалом не был бы психотерапевт, основную работу над выздоровлением должен проделать сам пациент.

При лечении неврозов при помощи когнитивно-бихевиоральной терапии необходимо разработать ряд действий и задач, которые будет совершать пациент на пути к выздоровлению. Обычно проводится несколько сеансов, иногда они могут длиться в течение года.

На каждом сеансе психотерапевт задание задания, которые необходимо выполнить до следующего сеанса психотерапии.

Он дает подробную инструкцию о том, как исследовать свои когнитивные ошибки, как их контролировать и исправлять, управлять своим настроением и как сделать так, чтобы настроение не влияло на поведение и отношения с окружающими.

Когнитивные ошибки – это неадекватное восприятие значимости ситуации. Оно может включать в себя как приуменьшение значимости, так и гипертрофированное преувеличение. И то, и другое не могут соответствовать действительности.

Также когнитивной ошибкой является персонализация, когда человек считает, что все действия и слова направлены на него, хотя никто не имел в виду ничего подобного. Человек часто воспринимает это в негативном ключе.

Когнитивной ошибкой, провоцирующей невроз, является максимализм, когда человек воспринимает любое событие либо в черном, либо в белом цвете, не рассматривая промежуточного результата.

Задания, выдаваемые психотерапевтом во время когнитивно-поведенческой терапии бывают разные. Чаще всего это бывает:

  • ведение дневника своего поведения и настроения;
  • тренировка оптимистичных диалогов в своей голове;
  • составление пошаговых инструкций действий в негативных ситуациях;
  • применение дыхательных упражнений и релаксационных методов.

Когнитивно- бихевиоральная терапия легко интегрируется в психоанализ, транзактный анализ, гештальт-терапия и НЛП. Теория и практика КПТ не противоречит ведущим направлениям психотерапии, но становится крепким объединяющим стержнем анализа и всех применяемых методик. Поэтому логотерапия и транзактный анализ часто используются в работе. Это помогает в работе психотерапевта.

Главный принцип когнитивно-поведенческой терапии – избавление от негативных установок. Пациенту необходимо помнить, что все его негативные эмоции связаны в первую очередь с его негативным мышлением и негативным восприятием слов и действий окружающих. Осознание этого факта пациентом – главный путь к избавлению его от когнитивного невроза.

Чем раньше это произойдет, тем быстрее пациент сможет избавиться от этого недуга, не дав перейти ему в более серьезную форму, требующую более серьезного и длительного лечения.

Таким образом, когнитивно-бихевиоральная терапия направлена на активный поиск и исправление проблем, сидящих в подсознании.

Источник: https://spravochnick.ru/psihologiya/nevroz/kognitivnyy_nevroz/

Когнитивно-бихевиоральная терапия

Короткий рассказ Джона Чивера «Ангел на мосту», написанный в 1961 г., показывает, как легко может быть причинен ущерб «холодной» когнитивной системе, даже если навыки самоконтроля развиты превосходно, психологическая иммунная система действует отлично, а мотивация к проявлению самоконтроля и силы воли как никогда высока.

Главный герой — успешный бизнесмен, живущий на Манхэттене. Однажды вечером, когда он, направляясь домой, приблизился к мосту Джорджа Вашингтона, внезапно началась сильнейшая гроза. Ветер подул с такой скоростью, что огромный мост начал раскачиваться, и наш безымянный герой (назовем его Бриджменом) почувствовал панический страх из-за того, что мост может рухнуть.

Ему удалось успешно добраться до дома, но вскоре он обнаружил, что у него появился парализующий страх, вызываемый не только этим конкретным, но и вообще всеми мостами.

Работа Бриджмена требовала частых переездов с одного берега на другой, и он отчаянно пытался напрягать свою силу воли для преодоления страха. Но все его усилия терпели неудачу, и он чувствовал себя все более подавленным от постоянных размышлений о том, что теряет контроль над собой.

«Горячие» связи эмоциональной системы

Когда Бриджмен ехал по мосту Джорджа Вашингтона во время внезапной сильной грозы, это сооружение, по которому он много раз спокойно передвигался в прошлом, иначе эмоционально воздействовало на него.

В условиях сильнейшего стресса его «горячая» эмоциональная система автоматически начала ассоциировать нейтральный прежде мост с гнетущим эмоциональным опытом, который он пережил, когда почувствовал, что тот раскачивается. Бриджмен запаниковал, решив, что мост рушится, и вообразил себя летящим в бурлящие воды.

  • Когда нейтральный стимул, например прочный и красивый мост, начинает ассоциироваться в «горячей» эмоциональной системе с опытом сильного страха, то страх может распространяться на многие другие родственные, но прежде нейтральные стимулы — в данном случае другие мосты, высоко поднимающиеся над водой.
  • В «горячих», аффективно заряженных воспоминаниях его амигдалы даже мысль о передвижении по большому мосту активировала панический страх, пережитый в грозу.
  • Как бы Бриджмен ни старался использовать «холодную» когнитивную систему для переоценки этого опыта, проявления твердости характера, переосмысления своего тяжелого состояния, самодистанцирования и получения возможности взглянуть на произошедшее с расстояния, он никак не мог сделать этого только с помощью силы воли.
  • Когда такие «горячие» связи формируются между врожденной реакцией страха и прежде нейтральным стимулом, мы можем стать столь же беспомощными, как собаки в лабораторных исследованиях «классического формирования условного рефлекса страха», проводившихся в начале прошлого века.
  • На несчастных животных воздействовали электротоком всякий раз, когда звонил звонок, и они быстро становились эмоциональными жертвами: даже когда он больше не сигнализировал об ударе током, собаки испытывали страх.
  • Сила воли и навыки, снижающие аффективный градус, не помогают людям справляться с таким типом побочного вредного воздействия.

Поведение Бриджмена при передвижении по мосту было ему больше неподконтрольно; оно регулировалось воздействием стимула, управлялось автоматически и непроизвольно его «горячей» системой. Поэтому все попытки приложить силу воли и укрепить решимость терпели неудачу, и он отчаивался настолько, что боялся лишиться рассудка.

Читайте также:  Красное пятно на груди: что делать если появилось на грудине у женщины

К счастью, Бриджмена в рассказе Чивера спас «ангел». Это случилось в один из солнечных дней, когда он не смог найти пути без мостов к конечной точке маршрута, и, приближаясь к мосту, по которому ему предстояло проехать, ощутил страх. Не чувствуя в себе сил продолжать движение, он съехал на обочину.

Неожиданно к нему приблизилась ангелоподобная молодая девушка, несшая в руках маленькую арфу, и попросила разрешения продолжить путь вместе ним. Во время движения по мосту она пела ему мелодичную народную песню, и его страх рассеивался. Бриджмен по-прежнему избегал поездок по мосту Джорджа Вашингтона, но движение по другим мостам вскоре снова стало для него обычным делом.

Рассказ Чивера, на много лет опередивший появление метода когнитивно-бихевиоральной терапии, плохо согласовывался с доминировавшей в то время медицинской моделью психологических проблем. В ней врачу крайне важно отделить жалобу от ее потенциальной причины, а затем указать причину.

Например, у пациента с симптомами болей в спине, вызванных злокачественной опухолью, употребление обезболивающих вместо удаления опухоли скоро приведет к катастрофическим последствиям. Но с точки зрения психологии жалоба страдающего пациента — подобно жалобе на сильный страх перед мостами — часто оказывается проблемой, к которой нужно обращаться и которую следует устранять.

Представление о том, что медицинская модель болезни применима и к фобиям, было широко распространено в течение многих лет. Главное беспокойство по поводу лечения только поведенческой проблемы, то есть «симптома», заключалось в том, что это приведет к замещению имеющегося симптома другим и появлению еще более серьезных проблем.

Предполагалось, что основными причинами проблем были полученные в раннем детстве травмы, о которых сам человек не подозревал, и эти причины должны быть вскрыты в рамках продолжительного анализа.

Изменение связей: противодействие тревоге

В 1958 г. Джозеф Вольпе, психиатр, который начал скептически относиться к теории психоанализа, пытался управлять изменением поведения пациентов, страдавших приступами тревоги и панического страха вроде тех, о которых говорилось в рассказе Чивера.

  1. Вольпе предполагал:
  2. «Если реакцию, противодействующую тревоге, можно вызвать в присутствии порождающих тревогу стимулов, так чтобы она сопровождалась полным или частичным подавлением тревоги, то связь между этими стимулами и реакциями тревоги будет ослаблена».
  3. Вольпе полагал, что упражнения на глубокую мышечную и дыхательную релаксацию помогут пациентам выработать необходимые реакции и постепенно релаксация будет связываться с вызывающими страх стимулами до тех пор, пока страх не рассеется.
  4. При таком типе терапии релаксация сначала связана со стимулами, которые имеют отдаленное родственное отношение к травматическому стимулу (например, изображения мостов над спокойными, мелкими прудами, освещенными ярким солнцем).
  5. Затем, шаг за шагом, по мере того как тревога, вызываемая более мягкими вариантами угрозы, преодолевается, пациент переходит к следующему, более устрашающему представлению стимула — до тех пор пока реакция релаксации не станет связана с размышлением о самóм вызывающем страх стимуле и в конце концов с приближением к нему.

И в этот момент, если стимулом стал мост Джорджа Вашингтона, пациент может пройти по нему в расслабленном состоянии. Как показывает рассказ Чивера, процесс иногда может быть ускорен, когда расслабляющее событие, противодействующее тревоге, проявляется в полную силу в виде милого ангела, который поет вам на мосту. Но такое чаще случается в сказке, чем в реальной жизни.

  • В рассказе Чивера обозначен прообраз того, что позже стало стандартным методом преодоления разного рода фобий, не требующим ожидания ангела.
  • Во многих исследованиях испытывающий панический страх пациент помещался в безопасную ситуацию, в которой наблюдал отчетливые модели тех, кто медленно, но бесстрашно, шаг за шагом, приближался к вызывающему страх стимулу и демонстрировал, что может оставаться спокойным и невредимым.
  • Примерно в то же время, когда в Стэнфорде проводились эксперименты с маршмеллоу, мой коллега Альберт Бандура занимался исследованием поведения дошкольников, которые боялись собак.

С безопасного расстояния дети наблюдали, как модель бесстрашно приближается к собаке. Сначала модель (выпускница университета) просто слегка ласкала собаку, пока животное оставалось в вольере, а затем, медленно зайдя внутрь, начинала обнимать и угощать ее лакомствами.

Дети, которые наблюдали эту сцену, быстро преодолевали свои страхи и вскоре начинали сами ласкать и кормить собаку.

Бандура и его коллеги достигали схожих результатов даже еще более экономичными способами применительно к самым разным страхам как у детей, так и у взрослых, показывая участникам бесстрашных моделей из известных фильмов. Эти исследования заложили важную основу для лечения страхов методами когнитивно-бихевиоральной терапии.

Исследования Бандуры показали, что лучший способ преодолеть фобии — сначала наблюдать за бесстрашной моделью, а затем под ее руководством и при ее поддержке самим пытаться справляться с ними. Используя разные виды «управляемого овладения опытом», и взрослые, и дети преодолевали страх не только перед собаками, змеями, пауками и т. п.

, но даже справлялись с самым глубоким и парализующим расстройством, вызываемым чувством тревоги: агорафобией, боязнью открытого пространства.

Обсуждая свое исследование, Бандура отмечал, что некоторые из страдавших фобиями в течение десятилетий регулярно мучились ночными кошмарами, но лечение методом управляемого овладения опытом даже позволяло им трансформировать свои сны: «По мере того как одна женщина училась справляться со своим страхом перед змеями, ей стало сниться, как с ней подружился удав и стал помогать ей мыть тарелки. Вскоре рептилии вообще исчезли из ее снов. Изменения носили длительный характер. Люди с фобиями, которые добились частичного улучшения с помощью других методов психотерапии, полностью излечивались благодаря методу управляемого овладения опытом независимо от силы их невротических расстройств».

В известном фильме 2010 г. «Король говорит!» показано, как метод прямого видоизменения поведения эффективно помог человеку, ставшему британским королем Георгом VI, справиться с заиканием.

Когда его величество справился с этим дефектом речи, он сумел стать тем сильным монархом, который был нужен стране во время войны.

Его самооценка повысилась, а личная жизнь значительно улучшилась; избавление от заикания, какой бы ни была его главная причина, принесло только выгоды — и никаких потерь, никаких издержек замещения.

Через 30 лет после того, как король избавился от заикания, психолог Гордон Пол в менее драматичном, но зато хорошо контролируемом и убедительном эксперименте помещал студентов колледжа, боявшихся выступать перед публикой, в иные условия.

В одной группе они осваивали процедуру десенсибилизации (восстановления нормального психического состояния), чтобы систематически проводить глубокую релаксацию, воображая себе ситуации, связанные с публичными выступлениями.

Они учились оставаться расслабленными, а ситуации становились все более угрожающими: когда они читали речь в одиночестве в своей комнате, одевались утром перед выступлением, представляли тему своего выступления аудитории.

Другая группа получила от опытного психиатра краткий, ориентированный на интуицию сеанс психотерапии, призванный помочь исследовать возможные причины их тревоги.

Третья группа получала «транквилизаторы»-плацебо, которые якобы должны были помочь им справиться со стрессом. Очевидным победителем по всем показателям — от оценок собственного беспокойства во время выступления до результатов измерения физиологических параметров их чувства тревоги — оказалась группа, которая осваивала процедуру десенсибилизации.

Студенты не только преодолевали страх перед публичными выступлениями, но и значительно повысили свои оценки на экзаменах. Оказание помощи в непосредственном преодолении проблем вроде нарушения речи, иррациональных страхов или нервных подергиваний лицевых мускулов — которые могут быть, а могут и не быть симптомами других проблем — не создает еще худших проблем.

При правильном использовании такой метод позволяет людям воспринимать себя лучше и повышать качество своей жизни.

Потребовалось несколько десятилетий и множество исследований, подобных этим, чтобы наконец-то справиться с опасениями первых психотерапевтов по поводу замены симптома и наконец-то разработать основанный на доказательствах, экономичный метод лечения, помогающий людям справляться с неприятными ассоциациями «горячей» эмоциональной системы.

Когнитивно-бихевиоральная терапия — теперь стандартная практика в США. Однако во многих частях света она не признаётся или, в лучшем случае, считается неэффективной.

Недавно я рассказал одной своей хорошей знакомой, специалисту по лечению психических расстройств у детей, об «Ангеле на мосту» в расчете на то, что она может найти этот рассказ полезным для своей работы. Но она улыбнулась, пожала плечами и отвергла этот подход как слишком поверхностный — такой же бесполезный, как болеутоляющие для лечения рака.

Моя знакомая уверена, что страх, вызванный мостом, — просто выражение глубинной исходной тревожности. Она убеждена, что, когда страх перед мостом устраняется, он заменяется еще более тяжелыми симптомами, потому что вызвавшая его исходная тревожность остается скрытой в результате действий «горячей» системы. По ее мнению, необходим глубокий анализ, чтобы докопаться до сути проблемы.

Когда я спросил ее, как бы она поступила, если бы Бриджмен был ее пациентом, она ответила быстро. Она сказала, что страх Бриджмена был на самом деле страхом перед падением в экзистенциальную пустоту, а лечение должно быть направлено на этот глубокий страх и его возможные причины.

На меня произвела впечатление художественная образность ее ответа, но я сомневаюсь, что такой подход помог бы Бриджмену спокойно проехать по мосту Джорджа Вашингтона.

Дилемма Бриджмена показывает, как трудно человеку даже с развитым самоконтролем справляться с автоматическими ассоциациями «горячей» эмоциональной системы.

Они могут мгновенно и непроизвольно связывать сильные эмоциональные реакции (особенно страх), приводимые в действие амигда-лой, со стимулами, которые присутствовали в тот момент, когда произошло вызвавшее страх событие, — хотя они были первоначально эмоционально нейтральными. Устранение сопутствующего вреда, причиненного случайно, требует замены существующих связей. Страх Бриджмена, когда он почувствовал, что мост во время грозы вот-вот рухнет, должен быть «отсоединен» от мостов. Ни Бриджмен, ни кто-то другой не способны сделать это в одиночку. Но первый шаг — понять, как образуются эти пугающие ассоциации и как с ними справиться. Целью, как в случае с Бриджме-ном, становится устранение связей между мостами и страхом и восстановление связи между мостами и удовольствием от безопасного движения по ним на другой берег.

При отсутствии ангела с арфой или даже психотерапевта хороший друг может ходить вместе с испытывающим страх человеком по небольшим мостам на малой высоте над спокойными мелкими водоемами, а в конце концов пройти вместе по более длинному и высокому, возможно, слушая по радио спокойную музыку, исполняемую на арфе.

Затем друг может сесть в машину рядом с испытывающим страх человеком, который возьмется за руль и попытается сначала проехать по наземному путепроводу, а уже потом по все более длинным мостам над водой. Такой способ десенсибилизации позволяет избежать регуляции поведения стимулами и восстановить самоконтроль.

Источник: https://reabilitaciya.org/vidy-reabilitacii/psixologicheskaya/952-kognitivno-bixevioralnaya-terapiya.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector